vilnius
Литва
Эстония
Латвия

Авторы

Танкер с СПГ
РИА Новости

СПГ-авантюра: как у Польши случился Катар

Первый контракт на поставку СПГ на свой тогда еще только планировавшийся регазификационный терминал в Свиноуйсьце Польша подписала с Катаром или, если точнее, то польская государственная компания PGNiG – с государственной кампанией Катара Qatargas.

В 2013 году, когда это произошло, на мировом рынке СПГ никаких поставщиков из США не было, хотя о том, что они обязательно появятся, говорили очень много. Традиционная "страшилка" о том, что Россию с газового рынка выгонит Катар с его СПГ устаревала, вскоре в ход пошла новая – та, которую мы видим сейчас едва ли не каждый день. Катар вытеснял-вытеснял, да не вытеснил, сейчас этой непростой работой, если верить Дональду Трампу, намерены заняться США.

Осмотр труб для газопровода "Северный поток ‑ 2" в Котке
© Nord Stream 2 / Aксель Шмидт
Польша борется против энергетической безопасности Германии

Катар никогда не поставлял свой СПГ только на один рынок, предпочитая диверсификацию – часть уходила в Штаты, часть – в Европу, часть – в АТР. Объем газа, который Катар способен переработать в СПГ, составляет около 100 млрд кубометров, и сосредоточение вот такого количества на одном региональном рынке неизбежно привело бы к падению цены, так что поведение Катара совершенно логично. И вот тут нужно учесть один тонкий момент. Начиная с 2009 года под давлением Еврокомиссии главным фактором для формирования цены на СПГ стали спотовые цены, а страны АТР к такой тактике прибегать не стали, там цена газа по прежнему привязана к цене нефти. В результате цена СПГ в Европе оказывалась настолько низкой, что Катар стал совершенно справедливо полагать, что он может столкнуться с нечистоплотной практикой. Могли появиться европейские компании, которые подписывали бы с ним контракты по минимальным, европейским, ценам не для того, чтобы поставить СПГ европейским же потребителям, а для того, чтобы перепродать его в АТР. Так в контрактах, предлагаемых Катаром, появилось обязательное положение – пункт конечной доставки СПГ. Конечно, это ограничение можно обойти при наличии нескольких юридических лиц, но в любом случае СПГ придется перегружать, Катар оказался готов и к этому – он стал отправлять грузы в Европу только на своих собственных газовозах. Да, можно принять СПГ только для того, чтобы перегрузить его в следующий танкер, но это двойная перегрузка и двойная перевозка (Катар – Европа и Европа – АТР) уже поднимает цены, уже уменьшает оперативность. Конечно, время от времени, когда в АТР цены поднимаются в силу каких–нибудь природных аномалий, прибыль остается и при таких процедурах, но, согласитесь, это не самый удобный вариант.

Баннер ПАО "Газпром"
© РИА Новости
Выход из "газового тупика": Польше необходимо сотрудничество с РФ

Польша, подписавшая обязующий контракт с Катаром, по которому она обязана выкупать ежегодно полтора миллиарда кубометров газа, лишена возможности "газовой спекуляции" из-за еще более жестких условий контракта. Начиная с 2009 года США, которые были самым большим покупателем катарского газа, стали достаточно быстро сокращать объемы закупок – началась "сланцевая революция". Катар же чисто технически не мог сразу перенаправить поток СПГ в АТР по чисто техническим причинам. Он строил свои газовозы именно под поставки в США – огромной вместимости, чтобы не терять деньги при транспортировке. Японии пришлось перестраивать свои терминалы, Китай и вовсе стал строить новые – на это просто требовалось время. Катар выжидал, излишки своего СПГ предпочитая реализовать на спотовом рынке Европы самостоятельно. Газовозы ведь были его собственностью, за фрахт платить никому не требовалось, и суда могли даже постоять у причалов в ожидании какой-нибудь европейской погодной аномалии, а уж "газовые войны" России и Украины превращались для ближневосточных бизнесменов в настоящий "праздник жизни".

Газовая плита
© CC0. pixabay
"Газовый детектив": Польша говорит о "Газпроме" одно, а делает совсем другое

Но при этом Катар никогда не был сторонником торговли СПГ на основании спотовых цен. Как и такой крупный производитель, как "Газпром", государственные компании Катара предпочитают долгосрочные контракты с формулой цены на СПГ, связывающей ее с ценой барреля нефти. Уже по этой причине катарцам намного симпатичнее рынок АТР – там никто не разговаривает про спот, там все вполне консервативно, цены на СПГ "нефтяные". В Азии строили причалы, Катар выжидал, играясь в спот с европейцами и без спешки подписывая новые "нефтяные" долгосрочные контракты с азиатскими компаниями. Без спешки – потому, что Штаты отказывались от его поставок не одномоментно, а по мере роста сланцевой добычи на своей территории. Освободился определенный объем – можно подписывать очередной контракт. В Польше в это время проект регазификационного проекта еще только разрабатывался – искали наиболее удобное место на побережье, решали вопросы с финансированием, определяли поставщиков оборудования. Никто никуда не торопился, все шло своим чередом – до марта 2011 года.

Сразу после на АЭС "Фукусима–1" Япония остановила все свои атомные реакторы и тут же стала крупнейшим импортером СПГ в мире – трубопроводов тут нет, а потребность в электроэнергии огромна. В 2012 году цены СПГ в Европе и в АТР отличались практически в два раза, и Катар еще больше насторожился – не будут ли европейцы перекидывать его СПГ на ставший таким премиальным рынок. С причалами в Азии к тому времени разобрались, Катар стал активно сворачивать свою спотовую торговлю в Европе и переводить все объемы на долгосрочные контракты в АТР. И вот тут у Катара случилась Польша, а у Польши случился Катар. PGNiG утряс все организационные и финансовые вопросы с ЕС и финансировавшими проект регазификационного терминала в Свиноуйсьце, и вся эта, чрезвычайно доброжелательная публика стала задавать один и тот же вопрос: "Уважаемые паны, а покажите нам, чем и как вы намерены торговать, как вы будете окупать предоставленные вам кредиты и субсидии?". Долгосрочный контракт полякам был необходим, как воздух, а вот Катару новый европейский потребитель, в котором он подозревал появление спекулянта обыкновенного – не нужен был вообще. На переговорах о заключении контракта поляки и катарцы находились, прямо скажем, отнюдь не на равных позициях, результат получился таким, каким его хотели видеть ближневосточные поставщики – в контракте с PGNiG цена СПГ жестко привязана к цене барреля, в контракте имеется пункт "пок. Результатом стало то, что перепродать катарский газ Польша может только с убытками. Но капитуляция не была безоговорочной – PGNiG подписалась на тот объем, который удовлетворял кредиторов, а не на полную мощность строившегося терминала. У Катара Польша обязана закупать 1,5 млрд. кубометров СПГ в год, а мощность терминала в Свиноуйсьце – 5 млрд. кубометров в год. Если кого-то из вас, уважаемые читатели, интересует большее количество подробностей контракта между Польшей и Катаром – их можно увидеть здесь.

Флаг Польши
© CC0. pixabay
Улучшение отношений России и Польши снизит агрессивную риторику стран Прибалтики – эксперт

Причиной того, что объем СПГ в контракте с Катаром такой небольшой стало то, что к 2013 году в США уже заканчивалось строительство Sabina Pass и уже было известно, как будут выглядеть условия контрактов на будущие поставки.

Одновременно со строительными работами в Штатах польские политики заканчивали свое "строительство" – риторику, которой им предстояло прикрывать свои реальные цели, которые они ставили перед собой, затевая то, что нам казалось, да и кажется, некой "СПГ–авантюрой". Вкладывать больше миллиарда долларов в строительство регазификационного терминала только для того, чтобы "избавиться от российской монополии" и покупать энергетический ресурс в полтора раза дороже? Пся крев, nie jesteśmy Litwinami! Ой, извините, сорвалось, правильно читать – "При всем нашем уважении к нашим единомышленникам и членам ЕС из Литовской Республики, мы будем придерживаться другой торговой политики".

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Ссылки по теме

Загрузка...

Сюжеты