vilnius
Литва
Эстония
Латвия

Новости

Ксения Триполитова
© Из личного архива

Ксения Триполитова: балетное искусство на европейских дорогах войны

Сегодня, 24 апреля, Ксении Триполитовой исполнилось 100 лет. В честь юбилея BALTNEWS.lt публикует вторую часть эксклюзивного интервью с легендарной балериной, в которой мадам Триполитова делится с читателями портала воспоминаниями о жизни в оккупированном Париже и встречах с выдающимися представителей русского и европейского балета.

BALTNEWS.lt: Мадам Ксения, сохранила ли память впечатления от первого появления на сцене?

— Безусловно. Впервые я вышла из-за кулис в "Лютне" — польской оперетте, где танцевала русский танец: в кокошнике и первый раз на пуантах. В "Лютне" участвовала два-три раза в рождественских любительских концертах. Уже упоминала пляску из "Конька-Горбунка". В 1934 году танцевала номер "Паяцек" в костюме-комбинезоне паяца с черными причудливыми помпонами.

Однако лучше помню сцену, когда стала брать уроки балета у Горецкой и Моравского. Горецкая танцевала и сольные номера на пуантах для эстрады, была экспрессивной и очаровательной на сцене. Нарядно одетая, стройная, кудрявая блондинка Горецкая приучила меня работать. Можно сказать, заложила фундамент для всего, что постигла я в дальнейшем.

Я перепрыгну через годы и немного расскажу об оккупированном немцами Париже. Вместе с мужем мы жили в нём всю войну. Оглядываясь назад, могу сказать — это было самое тяжёлое время.

Прекрасный Париж стал другим – чужим и холодным. Улицы опустели, строго соблюдался комендантский час с затемнением. Город был пуст, но жизнь всё равно продолжалась. Французские газеты выходили, и мой муж собирал их, складывая в громадный кофр. Представьте себе, после войны старые газеты у нас украли: вынесли из подвала нашего дома на авеню де Бретей.

Ксения Триполитова
© Влад Гулевич
Ксения Триполитова

Жизнь во время войны, конечно, не остановилась, но было и холодно, и голодно — грустное время. Помню, нужно было свет тушить рано, и хорошо помню, какая была холодная зима и ужасные пустые улицы. Спасала молодость. И всё проходило, мы с друзьями даже устраивали маленькие встречи и иногда веселились. Во время войны я заставила Колю возобновить наши велосипедные прогулки за город, на речку, так как всегда любила загорать и купаться. Привычку ездить в окрестности Парижа мы с мужем сохранили и после войны.

В Гранд-опера преимущественно шли балеты Лифаря. Какой хороший был балет! Я помню "Жизель", "Фантастическую свадьбу", "Сюиту в белом", "Между двумя кругами". И ещё один замечательный балет, который Лифарь назвал "Иоганн де Царица".

Моя любимая преподавательница Любовь Николаевна Егорова продолжала давать уроки, и, кажется, к ней даже стали больше ходить — и в оккупированном немцами Париже продолжалась балетная жизнь. В Опере спектакли шли днём, зал не отапливался, и мы ходили с пледами на репетиции, а балет танцевали в тёплых фуфайках, надевая сверху открытые пачки.

И вот в такой холод мы с Колей должны были заниматься балетом и делать классы у Егоровой! Надо сказать, это время стало самым плодотворным в смысле расширения познаний в области балетной педагогики.

Всю оккупацию перебивались случайными выступлениями. Например, ездили в турне с кабаре "Театр Д", в котором Коля Триполитов числился балетмейстером. Мы даже выступали перед военнопленными на северном побережье Франции. Что касается поездок за границу, то во время войны удалось выехать лишь в Бельгию. В Бельгии было довольно спокойно и более сытно, чем в Париже.

Слава Богу, этот кошмар закончился. Париж был освобожден американскими войсками. Помню вступление американских солдат — толпы народа, танки, грузовики. Солдаты бросают парижанам жевательную резинку и банки с Nescafé. Ведь и правда, за всё время оккупации мы ни разу кофе не выпили!

Мы с мужем участвовали в победном концерте вместе со знаменитой Марлен Дитрих. Позже американские оккупационные власти приглашали артистов участвовать в концертах для американских солдат. Для этого в 1944 году был объявлен отборочный конкурс, и мы с Колей в нём не только участвовали, но и победили!

В наше первое послевоенное турне мы отправились на военном самолёте. Прилетели в немецкий Тироль, где находились американские войска. Выступали на открытых площадках, работали помногу часов. Но не это запало в память.

У меня осталось незабываемое впечатление от посещения во время гастролей знаменитой резиденции Адольфа Гитлера "Орлиное гнездо". Это громадная вилла с умопомрачительно роскошной и комфортабельной обстановкой. Гигантский зал заседаний, анфилады комнат. Удивительной красоты природа и немыслимые по очарованию виды.

Вот таким осталось в памяти первое турне. Вообще после войны мы много гастролировали по разным городам Франции. Но время всё равно было трудное. Никаких длительных ангажементов мы достать не могли и потому перебивались разовыми выступлениями в концертах.

Ксения Триполитова
© Влад Гулевич
Ксения Триполитова

BALTNEWS.lt: Но рано или поздно всё должно было вернуться на мирные рельсы…

— Мы с мужем начали нашу гастрольную деятельность в июне 1937 года в небольшом казино голландского Фалькенбурга, а в июле гастролировали в Нордвике – это тоже Голландия. Было ещё несколько коротких гастролей. Затем война. Но и после неё найти работу во Франции было делом нелёгким, и мы радовались, устраивая турне в других странах Европы.

В 1951 году нас пригласили в балетную труппу Барселоны, в театр "Лисео", где хореографом служил Хуан Магринья. Нас, и в первую очередь моего мужа, решили пригласить именно для восстановления балетов русского репертуара — в театре шёл "Карнавал" Михаила Фокина и "Лебединое озеро".  Почему именно нас, Ксению и Николая Триполитовых? В балетном мире все знали, что мы с балетом де Базиля этот репертуар танцевали. Кстати, в работе нам помогала именно Любовь Николаевна Егорова.

Но сейчас я хочу буквально несколько слов сказать о Хуане Магринья. Это гениальный испанский артист, хореограф и педагог. Он учился в Институте ритмики и пластики у Хайме Льонгераса, совершенствовался у балетмейстера Фёдора Васильева. В 1926-м Хуан работал в труппе барселонского театра "Лисео", а с 1929-го он — первый танцовщик.  В 1939-м Магринья совершенствовался в Париже у Ольги Иосифовны Преображенской. Она в Париже в 1923 году открыла StudioWacker — школу классического балета. Как видите, русские таланты оказались в те годы на Западе в большой чести.

Но возвратимся к сеньору Хуану. В 1941 году он дебютировал в Барселоне как хореограф в балете-пантомиме "Волшебный бой курантов" Пика-Манджагалли. На следующий год в Цюрихе поставил балет "Любовь-волшебница", в котором танцевал первую партию. После войны ведущий солист, хореограф и педагог основал труппу "Балеты Барселоны", которая в течение нескольких лет гастролировала в городах Испании и за рубежом. Магринья — руководитель балетной кафедры в Театральном институте в Барселоне. Среди его учеников многие ведущие испанские артисты — Александер, Исард, Сансальвадор, Фило Фелиу, Малерас, Тена, Ферран и другие.

И вот с такой выдающейся и монументальной фигурой мои дороги пересеклись в Испании в самом начале пятидесятых годов.

Загрузка...

Kalba LietuvaМемельКалендарьСпорт

Новости