Сохранение образования на родном языке – камень преткновения для политиков Литвы

Дети
© CC0/ pixabay

Егор Иванов

Президент Литвы Гитанас Науседа заявил местной русской прессе, что приветствовал бы принятие нового Закона о нацменьшинствах, который должен детально регламентировать права представителей различных общин и диаспор. Предыдущий правовой акт утратил силу около десяти лет назад, и с тех пор власти по разным причинам не сумели решить этот вопрос.

О том, почему Литва нуждается в этом законе, зачем он нужен литовским полякам и русским – крупнейшим национальным меньшинствам – которые формируют свыше 10% всего населения страны, какую пользу это принесет государству и выиграют ли от этого другие – более малочисленные общины в лице татар, евреев, караимов, украинцев и других, порталу Baltnews рассказал председатель общественной комиссии по вопросам национальных общин и религии Вильнюсского городского самоуправления, глава Ассоциации греческих общественных организаций в Литве Георгиос Мацукатов.

– Г-н Мацукатов, нацменьшинства Литвы, равно как и отечественная правовая база в целом, живут без упомянутого Закона уже более девяти лет. Приветствуете ли вы позицию президента, который считает, что его все-таки следовало бы принять ради общего блага?

– Я хочу выразить почтение нашему президенту. Дай Бог, чтобы он работал лучше, нежели его предшественница (Даля Грибаускайте). А что касается вопроса о Законе, я скажу так – все мы являемся гражданами Литовской Республики, 15 лет мы являемся частью Европейского союза. В 2010 году Закон о нацменьшинствах был ликвидирован, но нацменьшинства не могли качественно высказать свое мнение – широкой дискуссии и отстаивания наших позиций на уровне государства фактически не было…

Проблема в том, что сегодня все решения крутятся вокруг кабинетов вильнюсских чиновников, но прежде, чем принять подобный правовой акт необходимо проконсультироваться с представителями общин, сообществ, диаспор и общественностью, живущей в других городах страны. На одном Вильнюсе все не заканчивается. В Вильнюсе живут только 700 тысяч человек. Это не вся Литва.

– Почему сложилась именно такая ситуация, а Сейму не хватает политической воли для того, чтобы закрыть этот вопрос?

– Наши политики нередко любят разделять людей на второсортных и третьесортных. Повторю, что все мы граждане и жители одного государства и, дай Бог, чтобы наш основной закон, чтобы наша Конституция работали. К сожалению, когда в Сейме принимают закон под таким углом, то исходят из того, что национальным меньшинствам обязательно должно быть плохо… Сейчас я уверен более чем на 90%, что предыдущий закон, который действовал с 1989 года по 2010 год был неплохим, но он уже не работал. Его нужно было усовершенствовать. В свое время мы, представители общин, предлагали взять за основу венгерскую модель, на худой конец – польскую. Однако потом наши власти посмотрели и решили, что обойдемся без него… Сегодня же каждая партия предлагает что-то свое, но от этого становится только хуже, политики преследуют свои цели, играют на национальных чувствах, раскалывают общество, пытаясь условно доказать, что у литовца один желудок, а, предположим, у меня грека – два… Но так не бывает.

– Как вы считаете, что конкретно должно быть прописано в новом варианте Закона о нацменьшинствах?

– Прежде всего, вопрос об образовании. Если говорить конкретно о греках, то, разумеется, что наша община малочисленная – всего в Литве двести греческих семей. Еще двести – это греки, которые в свое время записывались под другими национальностями, чтобы их не трогали в тяжелые советские годы, так как ссылали, как вы понимаете, далеко не одних литовцев. Мы должны говорить о гарантиях образования на родном языке в государственных школах, когда речь заходит о поляках и русских, но мы должны говорить и о воскресных школах, так как эти вопросы совершенно не регламентированы. Начиная с 1992 года, я работал над созданием греческой воскресной школы, однако мне объясняли, что ее может содержать только община, а государство помогать не будет. Помощи ждать особо неоткуда, и это я говорю о маленькой диаспоре, которая не может решить такие относительно несложные моменты, не говоря уже о тех же поляках и русских, количество которых в Литве исчисляется сотнями тысяч, а их проблемы значительно обширнее.

– Насколько плотно общины взаимодействуют по этим вопросам, поддерживаете ли вы друг друга, когда одним нужна помощь в отстаивании своих прав?

– Что касается меня, то на данный момент я занимаю пост главы комиссии Вильнюсского самоуправления по делам национальных общин и религии.

Полтора года назад мы воевали за сохранение вильнюсской Старогородской школы с русским языком обучения, которую намеревались закрыть и в итоге закрыли, руководствуясь той формулировкой, что там, мол, учится слишком мало учеников. Прошу прощения, но в некоторых литовских школах была аналогичная ситуация, но их же не закрыли…

На мой взгляд, говоря о проблеме отдельно взятой школы, все дело заключалось в земельном участке и самом помещении, так как оно находится в исторической части города, где дорогие цены на недвижимость, значит, на него кто-то положил взгляд. Кстати, из-за того, что я рьяно защищал эту школу, меня сделали изгоем – перевели в число нерукопожатных и неправильных общественных деятелей, намекая на мою нелояльность. Хотя я не политик и не претендую на это звание… Закончилось все тем, что детей из Старогородской школы присоединили к другой, но многие туда не пошли, так как ходить туда тем, кто живет в этом районе очень неудобно.

– В Литве действует Департамент национальных меньшинств при правительстве. Долгое время вы были последовательным критиком работы этой структуры, настаивая на том, что она лишь вредит… Ваше мнение осталось неизменным?

– Скажу больше, в Департаменте нацменьшинств меня как-то просили начать вести своеобразную русофобскую политику, говоря о том, что тогда у меня будет больше благ, а в противном случае будут ставиться всевозможные препоны, говоря о финансировании, поддержке…

На мой вопрос, а зачем вас вообще создали, мне было отвечено – для того, чтобы вас контролировать и надзирать, то есть, как я понимаю, держать в узде. Мы что, в тюрьме? Я жил при Советском Союзе и знал о том, что такое вольное поселение – человека выпускали, он жил на свободе, но в радиусе условных 50 километров. Все это напоминает мне то же самое.

Давайте сопоставим все аргументы и поймем, что этот департамент не нужен. Этот департамент пытается выставить нас в роли пятой колонны. Мол, если завтра придут "оккупанты-московиты", то мы все пойдем за Москвой, а эта полная чушь. Здесь все работает по принципу отравляющего газа, который человек не видит, но тем не менее падает замертво.

© BALTNEWS.lt / Анатолий Иванов
Георгий Мацукатов, председатель греческой общины Литвы "Понтос"

– Что вы имеете в виду, говоря об "отравляющей" составляющей этой структуры?

– Департамент вмешивается во внутреннюю жизнь общин, влияет на выборы руководящего состава тех или иных организаций, настойчиво предлагая тех людей, которые нужны им… Все это как обычно крутится вокруг вопроса о "лояльности"… Другой момент касается их доходов, зарплаты сотрудников стартуют от 1 500 евро и выше. Всего там работают 18 человек, помимо этого, нужно содержать здание – в итоге получаются сумасшедшие деньги. Спрашивается, зачем налогоплательщикам такая структура и зачем она государству… Я не раз предлагал и настаивал на ликвидации этого Департамента и создании на его месте Общественного фонда национальных меньшинств.

Вернувшись к вопросу о Законе, я считаю, что закон, конечно, улучшил бы положение, но в целом у нас есть Конституция, где все четко сказано – нужно лишь добавить несколько уточняющих слов к тем или иным статьям, а правительству и президенту разработать и выслать соответствующим службам, судам, самоуправлениям четкие комментарии, разъясняющие те или иные установки.

Ни в одной стране мира ни один закон не может быть выше Конституции, но поскольку у нас постоянно манипулируют и трактуют Основной закон так, как хотят, отсюда и появляются проблемы.

Помимо всего прочего, у нас действует Совет национальных общин Литвы, но и его эффективность сомнительна. В свое время я говорил еще покойному президенту Альгирдасу Бразаускасу, когда тот был премьером, что подобный Совет должен действовать при президенте или премьере республики, тогда его вес будет значительно выше, а чиновники на местах не будут трактовать правовые акты и Конституцию так, как им вздумается… К сожалению, о нацменьшинствах у нас вспоминают только накануне выборов.

Ссылки по теме